Вода в народе зовется не иначе как “матушка”, “царица”

Вода в народе зовется не иначе как "матушка", "царица"Вода в народе зовется не иначе как “матушка”, “царица”. Еще на заре человеческой истории люди отчетливо сознавали великое значение водной стихии. Это подтверждает и мифология всех стран и всех народов, и позднейшие философские системы: как без огня нет культуры, так без воды нет и не может быть жизни. Сообразно с таким пониманием мировой роли воды языческие народы неизменно обоготворяли эту стихию как неиссякаемый источник жизни, как вечно живой родник, при помощи которого оплодотворялась другая великая стихия – земля.

Позднее, с распространением христианства, вера в божественное происхождение воды немало поистлела, но на обломках ее выросло убеждение в святости и чудодейственной силе этой стихии. Одно из наследств седой старины – вера в родники и почтение к ним как к хранителям таинственных целебных сил.

За реками сохранились, в виде легенд, следы олицетворения их как живых существ богатырского склада. Известен рассказ о споре Волги с Вазузой по поводу старейшинства. Эти две реки порешили окончить свой спор таким образом: обе должны лечь спать, и та, которая встанет раньше и скорее добежит до Хвалынского (Каспийского) моря, будет первенствовать. Ночью Вазуза встала раньше и неслышно, прямым и ближним путем потекла вперед. Проснувшаяся Волга пошла ни тихо, ни скоро, а как надо. Но в Зубцове она догнала Вазузу, причем была в таком грозном виде, что соперница испугалась, назвалась меньшей сестрой и просила Волгу принять ее к себе на руки и донести до Хвалынского моря.

Днепр в былинах является в виде женщины, под именем “Непры Королевичны”. Она вступает в богатырский спор на пиру у князя киевского с Доном Ивановичем. В единоборстве она осталась побежденной. Дон убил ее каленой стрелой и сам в отчаянии пал на ножище – кинжалище. Вот от этой – то крови и потекла Непр – река, “во глубину двадцати сажень, в ширину река сорока сажень”.

В народном представлении становились священными те колодцы, появление которых было вызвано каким – либо чрезвычайным случаем, например, так называемые громовые (гремячие) ключи, бьющие из – под камня и происшедшие, по народному поверию, от удара молнии (огненных стрел Ильи – пророка или из – под копыт богатырского коня Ильи Муромца, а еще прежде – Перуна). Подле таких ключей всегда спешат поставить часовенку и повесить образа богоматери.

Святыми названы народом и небольшие озера, во множестве разбросанные по лесной России, и притом не только те, которые оказались в соседстве с монастырями. С некоторыми из таких святых озер соединены поэтические легенды о потонувших городах и церквах. Из глубины этих озер верующим людям слышится звон колоколов, церковное пение и видятся кресты и купола затонувших храмов. Наиболее известные и выдающиеся озера: в северо-западной Руси – озеро Свитязь близ гродненского Новогрудка и Светлояр в Керженских заволжских лесах близ города Семенова. Последнее до сих пор привлекает на свои берега тысячи людей, верующих, что в светлых струях пустынного лесного озера сохраняется чудесным образом исчезнувший во времена нашествия Батыя город Большой Китеж.

По христианским представлениям, при погружении святого и животворящего креста в воду из нее, силою святого духа, изгоняется дьявольская скверна, и потому всякая вода становится чистою и непременно святою, то есть снабженною благодатью врачевания не только недугов телесных, но и душевных. “Богоявленской воде” в этом отношении всюду придается первенствующее значение, и она, как святыня, вместе с благовещенскою просфорою и четверговою свечой, ставилась на самое видное место в жилищах, в передний правый угол, к иконам. В обыкновенное время, при нужде, пьют эту воду непременно натощак. При этом существует повсеместное непоколебимое верование, что эта вода, сберегаемая круглый год до новой, никогда не портится, а если и случится что-нибудь подобное, это объясняется прикосновением к сосуду чьей-либо нечистой руки. Точно также повсюду сохраняется суеверное убеждение, что в верхних слоях освященной в чашах воды заключаются наиболее благодатные силы, устраняющие недуги и врачующие болезни.

Природная чистота воды, сделавшая ее единственным верным и легким очистительным средством, потребовала, еще в самые далекие языческие времена, особого себе чествования, выразившегося в торжественном празднике Купалы. Во многих местах еще сохраняются определенные дни, когда производится обязательное обливание водой – обычай, успевший пристроится к христианским праздникам. Обливают холодной водой всех, проспавших одну заутрень на неделе Святой Пасхи. Обычай обливания водой носит совершенно другой характер в тех случаях, когда он получает название “мокриды”: в этой форме он сохраняет явные осколки языческих праздников вызывания дождя.

Древние славяне в прежнее время чтили также и дождевую воду. Выбегая на улицы босыми, с непокрытыми головами, деревенский и городской люд становился под благодатные небесные потоки первого весеннего дождя, пригоршнями набирал воду, чтобы вымыть лицо три раза. Люди выносили чашки, собирая целебную влагу, и в крепко закупоренных бутылках сохраняли ее целый год, до нового такого же дождя. Точно так же чтил народ и речную воду после вскрытия рек. Едва пройдет весною лед по рекам и ручьям, как все дети, взрослые и старики бежали на берег, зачерпывали пригоршнями воду и умывали три раза лицо, голову и руки.

Смотрите также: